george_smf (george_smf) wrote,
george_smf
george_smf

Category:

Белые Столбы - итоги

Вернулся из Белых Столбов. На закрытие не остался, уехал, как и планировал, по окончании последнего сеанса. Хотя большую часть фестиваля самочувствие было не на высоте, есть кое-какие впечатления – вкратце:

Фестиваль стал заметно лучше и по организации, и по формату. Очень положительную роль сыграло увеличение количества сопроводительного текста в каталоге. Теперь фестивальный каталог стал полноценным киноведческим изданием, которое можно читать даже вне связи с конкретными сеансами, просто для удовольствия.

Столь же благоприятно сказался отказ от жёсткого регламентирования выступлений перед просмотрами. Если раньше автора находки прерывали на полуслове, втискивая в прокрустово ложе трёх-пятиминутного формата, и важнейшие сведения излагались скомканно и торопливо, то теперь не только представления фильмов превратились в добросовестные научные сообщения, но и сами фестивальные сеансы стали пространством для циркуляции киноведческой информации. Теперь, например, присутствующий среди гостей В.И.Фомин может вне регламента рассказать о представляемом киноматериале вдвое больше, чем опубликовано в каталоге, т.к. его осведомлённость в вопросе выяснилась уже «на месте». А после представления Е.Я.Марголитом первой редакции «В шесть часов вечера, после войны» Н.А.Изволов ставит его в тупик каверзным вопросом с места и, достигнув морального удовлетворения и заинтриговав публику, тут же берёт микрофон и раскрывает секрет. А выступления некоторых гостей (Л.Н.Лазарева) вообще превращаются в красочные и поэтичные устные новеллы об ушедших кинематографистах, сопровождаемые показом уникальных фотографий. По окончании выступления Леонид Николаевич тут же, при всех, передаёт фото в дар Музею кино, и их принимает из его рук Алексей Тремасов (поскольку руководство Музея более высокого ранга архивный фестиваль не посетило).

Очень насыщенным и ёмким получился Круглый стол, посвящённый проблеме аутентичности кинопроизведений. Ведущий Кирилл Разлогов на сей раз тоже не свирепствовал в отношении регламента, и выступления были чрезвычайно информативны. За короткий срок удалось прояснить и проговорить множество нюансов и ознакомиться с опытом зарубежных коллег. Украсили обсуждение наглядные материалы, представленные Николаем Майоровым, Петром Багровым и Артёмом Сопиным. Краткое резюме Круглого стола:

«Все говорят: нет правды в RGB.
Но правды нет и в нитре! Для меня
Так это ясно, как простая Агфа».

Что касается программы – то она примерно наполовину являлась отчётом Пети Багрова о проделанной работе. Отчёт масштабный. Несмотря на то, что большинство сеансов я по самочувствию пропустил, отмечу самое яркое из увиденного.

Отлично смотрелась реконструкция «Винтика-Шпинтика». Восстановление титров и первоначальной монтажной структуры действительно сильно преобразило представление о картине.

Очень познавательной была программа «Театр в кино». Три сеанса фрагментов спектаклей по советской драматургии, отснятых в 1930-е гг. Малый театр, Вахтанговский, БДТ, МХАТ, ГОСЕТ, постановки Охлопкова, Сац, репетиция Михоэлса, фрагменты ролей Блюменталь-Тамариной, Щукина, Пашенной, Монахова, Корчагиной-Александровской, Абрикосова, Аржанова, молодого Грибова, Черкасова, Жарова, Клавдии Кореневой… И – что важно – широчайший спектр драматургии 1920-30-х гг. – от ранней советской классики до проходных постановок по пьесе Вирты о разоблачении шпионов – по-идиотски смешных и потому очень ярко характеризующих эпоху. Красочность постановочной части «Золотого ключика» в ЦДТ, сценические приёмы Охлопкова, импровизация Щукина в «Принцессе Турандот», блистательный скетч Жарова и Полянской, трубач Гаврила в «Егоре Булычёве» из БДТ – прототип тромбониста из «Гаража» - всё это и ещё очень многое было в трёх сеансах красногорских материалов, откомментированных Петей Багровым.

Ещё одна сенсационная презентация – актёрские пробы к «Анне Карениной» Зархи. Мало того, что в них Самойлова играла значительно лучше, чем в фильме (что было особенно очевидно благодаря сопоставлению фрагментов с окончательным материалом из картины). Но совершенно поражают трактовки Каренина, в особенности – Андреем Поповым. По практически всеобщему мнению гостей фестиваля, Каренин Попова – единственный, «от которого можно было родить», делающий убедительным сам брак с Анной. Интересна также трактовка Черкасова, а пробу Смоктуновского в кулуарах называли «Гомункулусом» (по названию немого многосерийного фильма 1916-17 гг., восстановленного Мюнхенским музеем кино и демонстрируемого на фестивале в течение трёх дней).

Можно было сравнить две версии «Майской ночи» Гоголя, восстановленные в один год: одна – 1940 года, двухцветная (постановка Садковича), другая – 1952-го, стереоскопическая (постановка Роу). Садкович, по моему мнению, выиграл, ибо в версию Роу «было чересчур передано сахару», что, впрочем, характеризует почти все его фильмы, за что я их и не люблю. А вот при сравнении двухцветки «Майской ночи», восстановленной с цветоделённых негативов, и одной части старого, выцветшего и не вполне аутентичного нитропозитива более убедительным выглядел именно последний. Что вообще часто случается со старыми «бракованными» копиями, добавляющими колдовства и тайны в картины, которые после восстановления, став контрастными и материальными, страшно разочаровывают…

Надо сказать, что документальная программа впечатлила гораздо сильнее «художественной». Завораживающий материал «Квартиры немца» Берова и Медведкина, просмотренный в полной тишине «Освенцим» Свиловой – после этого зрелища «Гомункулус» смотрелся как легкомысленная детская игра. Но самое сильное кино – пожалуй, «Опыты по оживлению организма», научно-популярная картина, выжимающая такой мощный «саспенс», который не снился десяти «Утопленницам». Не зря Багров поставил эту ленту на последний день фестиваля, предупредив, что слабонервным лучше сразу удалиться. После неё можно было смотреть разве что мультипликацию, что и произошло. Дальше в программе стояла ретроспектива Левандовского…

Просмотр «Рождения человека» Петя превратил в шоу, посадив к микрофону Е.Я.Марголита, который переводил украинский текст с издевательско-левитановскими интонациями и снабжал собственными комментариями. Кроме того, поскольку лента предназначалась для сельских киноустановок, где тапёров быть не могло, Петя в порядке курса на аутентичность отпустил восвояси музыканта, озвучивавшего немые картины, но зато разрешил присутствующим в зале зрителям свободно комментировать увиденное, как это, очевидно, и происходило в 1930-е. По окончании фильма он очень жалел, что у зрителей не было микрофонов… Многие реплики были первосортные.

И уже по окончании этого познавательного аттракциона была вброшена «бомба» - три режиссёрские работы Левандовского, знаменитые «Оптические перекладки» и на закуску – симпатичный фильм Марианны Таврог с комментарием Литвинова. Я впервые после долгого перерыва посмотрел «Лису и виноград» и «В кукольной стране», честь «открытия» которого Петя приписал мне. На самом деле фильм никогда не был «секретным», но мне одному из первых среди киноведов довелось его посмотреть и поделиться впечатлением с коллегами. Теперь то, что когда-то восхитило меня, увидели все. Впечатление, кажется, разделили тоже. После сеанса в кулуарах в адрес Левандовского звучало слово «гений»…

Про полезное общение в ходе фестиваля, «удовольствие», полученное от чтения «киноведческого» журнала Госфильмофонда «Лавры кино», новые киноведческие "крылатые фразы", рождённые в ходе форума, про разнообразные околополитические детали фестивальных будней писать не буду. Скажу только, что в анкетировании по поводу призёров этого года участие принял, но уехал, не дожидаясь результатов. Потому что убеждён, что тех, за кого я проголосовал, не только никогда не наградят, но и практически не знают. Судя по разговорам, присуждение наград вновь будет происходить по корпоративным либо политическим критериям. А я попытался честно ответить на поставленный в анкете вопрос: какого кинокритика/журналиста (либо киноведа/историка кино) Вы считаете заслуживающим звания лауреата фестиваля «Белые Столбы – 2015»? Выбирал из пишущих о мультипликации, в которой я компетентен, и не учитывая уже награждённых ранее.

Мой ответ:

Кинокритик/журналист – Мария Терещенко.

Киновед/историк кино – Юлия Баяндина.

А поскольку их награждение нереально, а появления сопоставимых фигур на горизонте не предвидится, мне придётся год от года повторять эти две фамилии в анкете. «Других у меня для вас нет»…
Tags: анимация, кино, фестивали
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments