george_smf (george_smf) wrote,
george_smf
george_smf

Category:

Путешествие в мир Добрунова (окончание)

Второй акт

В начале 2015-го контакты со студией возобновились. На сей раз основным поводом была инициатива «Союзмультфильма» по проведению в 2016-м году юбилейной выставки в Государственной Третьяковской галерее. Куратором выставки должен был стать Павел Шведов, консультантом – я. Кроме того, предполагалось в качестве каталога всё же издать один из разработанных мною «фолиантов» - альбом со справочным текстом и богатым иллюстративным рядом. Переговоры с Третьяковской галереей вели Павел Шведов и Марина Попова, я подключился уже на стадии обсуждения концепции. Довольно много времени ушло на увязку специфики выставки с профилем галереи, на убеждение в культурной полноценности будущего мероприятия.

Вновь начались переговоры о заключении договорных отношений со студией. Рассматривалось несколько вариантов, предусматривающих различные функции, круг обязанностей, сроки. Я был согласен выполнять, кроме работы над выставкой, обязанности консультанта сайта, юбилейных и просветительских мероприятий, готов был взяться за составление полной фильмографии. Однажды зашёл разговор даже о штатной работе, но я сразу предупредил, что это – самый маловероятный расклад, т.к. он будет сильно зависеть и от моей подчинённости (я опасался работать под началом Алдашина), и от должностной инструкции. Найти мне место в штатном расписании было труднее, чем заключать краткосрочный договор подряда. Тем не менее, все детали будущих возможных договоров были утрясены и согласованы.

Я сразу предупредил, что после того опыта общения с «Союзмультфильмом», который я получил осенью, даже при полной согласованности параметров договора он может быть мною подписан только после моей персональной беседы с Добруновым. Мне было важно услышать, как предполагается избегать саботажа и гарантировать оперативность выполнения наших требований в процессе будущей работы. Кроме того, в условиях внутристудийной войны сценарного отдела с худруком любая включённость в работу на студии равноценна погружению в выгребную яму. «Как в Турции». Мне как «киноархеологу» приятнее рыться в окаменевшем дерьме, чем нырять в жидкое (благо возможностей для работы в более комфортных условиях достаточно). И сделать это я готов лишь в «водолазном костюме». Беседа с Добруновым должна была подтвердить либо опровергнуть его способность обеспечить нас такими костюмами, с гарантией изоляции от жидкости и запаха, бесперебойного поступления воздуха и достаточной для работы мобильности.

Студия настаивала, чтобы мы с Павлом включились в разработку проекта выставки до заключения договоров. Начало договорных отношений было гарантировано в случае утверждения нашего проекта выставочной комиссией Третьяковской галереи. Нас такое положение не очень устраивало, но согласие было получено. Концепцию выставки писал Павел, я корректировал формулировки, дополнял разделы выставки и пояснительные тексты недостающими темами, снабжал каждый раздел конкретным фильмографическим наполнением. Готовый проект был «презентован» в конце февраля. Во время фестиваля в Белых Столбах я получил известие, что проект одобрен выставочной комиссией.

Оставалось дождаться обещанных договоров. Но сразу после утверждения проекта студия «залегла на дно». Ни спустя полмесяца, ни спустя полтора, ни два вопрос о договорах не только не сдвинулся с места, но даже почти не поднимался больше. Третьяковка стала нервничать и выяснять, собирается ли инициатор выставки вести над ней работу? Рассматривались варианты отказа от выставки либо переноса её на более поздний срок.

Ближе к началу мая студию клюнул «жареный петух». Мне стал звонить Алдашин, выясняя, что вообще происходит с проектом. Попутно вскрылось, что никто на студии, кроме Марины Поповой, не в курсе тех согласованных три месяца назад договорных условий, на которых должна была строиться наша работа. Алдашин обещал взять решение вопроса под личный контроль. Интересно, что во время одного из визитов на студию я с изумлением услышал аж в двух местах, что вопрос о моей работе у Алдашина – дело фактически решённое. То, что дело «решили» без меня, уже не удивляло, но такие слухи резко обостряли отношения со сценарным отделом, для которого Алдашин – «кровный враг», а в мои планы подобное обострение не входило.

В этих условиях всё большее значение приобретала грядущая встреча с Добруновым. К дёжкинскому «кейсу» добавлялся «третьяковский». Теперь гарантии «водолазного костюма» должны были ответить на более существенный вопрос: а нужно ли студии то, о чём она нас просит? Хворосту в огонь добавило интервью Добрунова агентству РИА Новости, где он упоминал о «ряде специальных проектов к юбилею», словно демонстративно игнорируя факт, что практически все юбилейные мероприятия, предложенные нами, студия похерила. 23 апреля произошло очередное обострение внутристудийных отношений, связанное с созданием профсоюза, которое Добрунов прокомментировал фразой «На студии сейчас всё хорошо», вызывающей издевательскую ухмылку у всех, кто имел хотя бы отдалённый контакт с добруновским «Союзмультфильмом». Фигура руководителя, спустя год после назначения не имеющего представления о том, чем он руководит, автоматически делала бесперспективными любые попытки сотрудничества с его организацией. Тем не менее мне казалось целесообразнее получить разъяснения Добрунова в личной беседе, чем писать этот пост. Даже если он был не в курсе происходящего на его предприятии (что само по себе лишает любого партнёра желания продолжать какие-либо отношения), мне была важна его реакция на эту информацию. Надо было дать человеку шанс доказать, что он руководитель, а не б/ушное резиновое изделие. Я ждал встречи. Студия молчала, и даже активная прежде Ольга Ушакова не отвечала на письма.

Как раз в это время подоспел третий «кейс». Мне было предложено провести в РГГУ шесть лекций по истории советской мультипликации – с 29 апреля по 3 июня. Для их сопровождения мне необходимо было попытаться найти на фильмотеке студии несколько уникальных авторских копий и оцифровать их, а также заказать несколько недостающих фильмов в Госфильмофонде (для этого тоже нужно было согласие правообладателя). Ещё в начале года я договорился с Мариной Поповой, что с этим не будет проблем, но из-за болезни смог приступить к поискам только в апреле.

Письмо с просьбой о работе на фильмотеке было на сей раз завизировано Добруновым своевременно, с доступом на фильмотеку тоже трудностей не возникло (контакты я на этот раз устанавливал через Маковского и Настю Лунькову). Результаты превзошли ожидания. За два дня работы на фильмотеке я, несмотря на температуру, перелопатив и промотав на перемоточном столе (монтажного на студии нет) несколько десятков частей, выявил пять уникальных копий (общей длиной – 10 частей), из которых о наличии двух я знал раньше, о существовании ещё двух – догадывался, а одна «всплыла» совершенно нежданно, о её сохранности я и не подозревал. Казалось, координация работы наконец-то налаживается. После проведённых изысканий я слёг, но уже на следующей неделе оформил второе письмо от РГГУ – с просьбой об оцифровке выявленных копий и о разрешении на получение недостающих фильмов в Госфильмофонде. Перед этим я успел съездить в Белые Столбы и отсмотреть на монтажном столе нужные фильмы, выбрав необходимые фрагменты.

Мне было важно получить плёнку на руки до майских праздников – тогда я успевал сканировать фильмы как раз ко второй лекции, для которой мне уже нужны были видеоиллюстрации. Кроме того, Госфильмофонд на десять дней отправлялся на «каникулы», и оформить заказ на изготовление диска нужно было тоже до 1 мая (учитывая тамошнюю очередь). Письмо пришло на студию за неделю до выходных, и студия вновь подтвердила, что задержек не должно быть.

На счастье «Союзмультфильма», лекции не состоялись по причинам, не связанным с выдачей фильмов. Но от студии отмену лекций я скрыл. Во-первых, чтобы всё же получить выявленные мной и важные для работы раритеты, а во-вторых – чтобы проверить, сколько лекций студия в состоянии сорвать? Запрошенные на студии материалы нужны мне были для второй, третьей и четвёртой.

К первому мая, как и следовало ожидать, резолюции на письме не было. В промежутке между выходными я стал интересоваться судьбой письма, и 8 мая получил известие, что оно завизировано, но получить фильмы я смогу только 12-го. 12-го выяснилось, что служебного поручения ещё нет, а позавчера (в тот день, когда должна была состояться третья лекция) меня проинформировали, что на просьбу РГГУ дан отказ.

К этому моменту прошло два с половиной месяца, как я ждал от студии обещанного договора и оплаты проделанной работы. Необходимость во встрече с Добруновым отпала. Ответ был получен сам собой. Говномер зашкалило.

Срывом двух мероприятий потенциального партнёра и упущенными шансами на реализацию юбилейных проектов подвиги студии последнего полугода не ограничиваются. Всех, имеющих доступ к ФБ, приглашаю прочесть, как студия сорвала открытие фестиваля в Рязани – практически одновременно с «Кинопробой»:

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=772428349495787&id=100001858862433&comment_id=772829382789017&offset=0&total_comments=10

В общей сложности, на бесплодную и бессмысленную херню ушло полгода жизни. Надо признать, добруновский «Союзмультфильм» действительно «достаточно активно» готовится к юбилею, как говорилось в интервью «РИА Новостям». Редкое заведение так неприлично себя ведёт с людьми, на сотрудничество с которыми рассчитывает, и демонстрирует им столь откровенно свою несостоятельность. Даже трудно представить, как оно поступает с теми, от кого ей ничего не нужно…

Впрочем, догадаться можно. Хотя бы на примере отношения к авторам и наследникам. Дочери Л.К.Атаманова, собравшие пакет документов о правах наследования и пришедшие на студию для заключения договора, тоже были встречены Добруновым крайне любезно. После чего, уже у студийного юриста, им не предложили даже сесть (хотя одна из дочерей проработала на студии больше сорока лет), заставив разговаривать стоя. За чем последовали два месяца ожидания реакции. Только после звонка Добрунову (который сильно удивился открывшейся ему ситуации) Атамановы получили письменный ответ о том, что как минимум до декабря студия не сможет выплачивать никаких отчислений из-за жёсткого производственного графика и режима отпусков. На этой бумажке стоит подпись Добрунова…

Контрольный вопрос экзаменационного билета: как скоро в природе не останется людей и организаций, желающих иметь дело с «Союзмультфильмом»?..

А в остальном – «На студии сейчас всё хорошо» (с) А.И.Добрунов


P.S. Поощряю тиражирование этого поста на правах рекламы новаторского метода управления.
Tags: Союзмультфильм, мероприятия, приключения, юбилей
Subscribe

  • Вне эпохи

    Любопытно: начинают вымирать аниматоры, с которыми я не только не был знаком, но и не видел ни одного фильма. В некрологах, меж тем, читаю о них,…

  • О новизне

    По мере приближения к 50-летнему рубежу ощущаю полное исчезновение всяких желаний, кроме одного - желания пожить в своё удовольствие. Всё остальное,…

  • Датское

    Год назад в этот же день попробовал пересмотреть все произведения отечественных аниматоров, посвящённые Пушкину. Не ПО его произведениям, а О НЁМ.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments