george_smf (george_smf) wrote,
george_smf
george_smf

Categories:

Рязанов: времена и герои - 6

Приятно завершать публикацию заметок о фильмах Э.А.Рязанова в канун Старого Нового года… Итак, окончание.


«КЛЮЧ ОТ СПАЛЬНИ». 2003 год.



Это – первый из трёх поздних фильмов Рязанова, замыслы которых носят отпечаток авантюрности. Мимолётное сравнение режиссёра с забытым французским драматургом Жоржем Фейдо, долгие поиски переводов его произведений, колоссальное разочарование. И – внезапное решение о наделении героев социальными характеристиками и переносе действия в Россию начала ХХ века.

Во второй раз Рязанов ставит картину нарочито легкомысленную, полностью лишённую какой-либо нагрузки, кроме развлекательной. Сам он называл жанр «Ключа от спальни» «дурашлёпской комедией». Но, если в «Невероятных приключениях итальянцев в России» сюжетную содержательность заменяла трюковая составляющая, то в «Ключе от спальни» - стилизаторская. Рязанов с наслаждением имитирует и пародирует на экране эстетику «Серебряного века». Он собирает преимущественно молодой актёрский ансамбль, с опорой на представителей нового поколения исполнителей, которые с удовольствием изображают экзальтированность и манерность эпохи декаданса.

В который раз действие рязановской картины почти укладывается в сутки, в течение которых происходит разоблачение порока и полная перетасовка семейной жизни героев, успевающих проявить себя с самых неожиданных сторон. Это – тоже своего рода перерождение и раскрытие потаённой сути характеров, только в фарсовых тонах. Некоторые эпизоды (например, визит в чужую квартиру пьяного Иваницкого) откровенно отсылают к прежним рязановским фильмам («Иронии судьбы»). В действие вплетаются музыкально-пантомимические сцены (как в «Человеке ниоткуда»). Но Рязанов не был бы Рязановым, если бы даже в такую насквозь эксцентрическую ленту не ввёл моменты, наполненные неподдельным драматизмом, и не закончил бы сцену дуэли Марусина и Вахлакова настоящей кровью. Особенно выделяется из буффонного ансамбля Филипп Чугуев, понесший к финалу наибольшие потери, но сохранивший достоинство, даже оставшись без дома и с разрушенной личной жизнью.

«Ключ от спальни» - последняя работа Рязанова с Андреем Петровым, как бы замыкающая их «историческую трилогию» фильмов, музыкальное решение которых построено на стилизации под романсы и оркестровую музыку эпохи Николая I («О бедном гусаре замолвите слово»), Александра II («Жестокий романс») и, наконец, начала ХХ века. Особенностью фильма является флёр обречённости, пронизывающий безоблачный мир, в котором разыгрывается легкомысленный водевильный сюжет. Органичным завершением этой ленты мог бы послужить пролог к картине «Привет, дуралеи!», выдержанный в той же «дурашлёпской» интонации.






«АНДЕРСЕН. ЖИЗНЬ БЕЗ ЛЮБВИ». 2006 год.



Ещё один авантюрный проект позднего Рязанова, возникший по стечению обстоятельств. Обещание частичного финансирования, полученное на президентском уровне, под упомянутую наобум мимолётную идею двадцатилетней давности, уже забытую и не рассматривавшуюся всерьёз, заставляет Рязанова взяться за изучение материала и подготовку сложнейшей исторической постановки. В результате появляется самый неожиданный по жанру фильм в рязановской фильмографии – биографическая фантазия с элементами фантастики и вставными эпизодами-экранизациями андерсеновских сказок. В таком жанре и ключе Рязанов не работал никогда.

Это самая сложная из рязановских работ по повествовательной структуре, которая начала усложняться, начиная с «Вокзала для двоих» и «Забытой мелодии для флейты» (если не считать некоторых моментов, заявленных ещё в «Весенних голосах»). Вновь в ленту включены пантомимы и музыкально-хореографические эпизоды, концертные номера, напоминающие о временах «Весенних голосов» и «Карнавальной ночи». Некоторые сцены явно отсылают к похожим фрагментам из «Жестокого романса», «Тихих омутов», «Девушки без адреса»…

Образ Андерсена – ещё один вариант рязановского «взрослого ребёнка». Пожалуй, это самый сложный и противоречивый герой в этой «галерее», показывающий, как далеко зашла его эволюция. Рязанов уже не изображает такого персонажа однозначно положительным героем. Андерсен Рязанова наделён множеством неприятных детских качеств – он капризен, эгоистичен, самолюбив, истеричен, глух к чужому чувству. Именно благодаря инфантилизму Андерсен проигрывает шанс на любовь – как прежде его проигрывали Паратов, Филимонов и Каштанов или схожий с Андерсеном по характеру муж Лидии Сергеевны из «Зигзага удачи». «Взрослому ребёнку» Рязанова вновь изменяет ощущение превосходства естественности перед внешним признанием, и это является причиной отказа Генриетте. При этом нетерпимость к грязи, тяга к возвышенному, предпочтение духовного роста бытовому благополучию, упорство в самосовершенствовании, невзирая на унижения – вполне совмещаются с недостойными чертами характера Андерсена, создавая рельефный и неоднозначный образ.

В «Андерсене», наряду с прямыми авторскими высказываниями, соединено множество важных для Рязанова мотивов: столкновение «низкой жизни» с благополучием, цензорское лицемерие, позднее чувство. Впервые Рязанов поднимает тему общественного сопротивления фашизму, видимо, предощущая некоторые ещё не вполне заметные тогда политические тенденции. Этот наглядно и зримо продемонстрированный пример стал актуальным всего несколько лет спустя. Один из самых сложных, необычных и выразительных фильмов позднего Рязанова открыл его с совершенно неожиданной стороны.







«КАРНАВАЛЬНАЯ НОЧЬ – 2, ИЛИ 50 ЛЕТ СПУСТЯ». 2006 год.



Последний фильм Рязанова с самой авантюрной историей создания, превосходящей даже «Невероятные приключения итальянцев в России». Согласие на постановку костюмированного музыкального фильма было дано за четыре месяца до премьеры, когда ясны были только тема, время и место действия. В четырёхмесячный срок пришлось уложить написание сценария, песенных номеров, съёмочный и монтажный периоды. Такой авральный метод работы наложил отпечаток и на состав актёрского ансамбля, и на съёмочный режим. Для написания музыки из-за сжатых сроков пришлось пригласить нескольких композиторов (как планировалось первоначально в «Иронии судьбы»), включив компиляцию из музыкальной классики, что приближает картину к «Весенним голосам». Результат такой спешки заметен в неровности фильма, чередовании блестящих эпизодов с «провисающими», некоторой невыстроенности ритма и не всегда убедительной музыкальной альтернативе.

В эпоху постмодерна стал привычным приём самоцитирования, когда герои мультсериалов по-новому развивают ставшие хрестоматийными сюжеты, а композиторы пишут осовремененные варианты собственных классических мелодий спустя десятилетия после их создания. Рязанов пошёл тем же путём, но «Карнавальная ночь – 2» явно переросла задачу изложения новой версии старого сюжета пятьдесят лет спустя. Она стала отпечатком новых общественных настроений, которые тогда ещё только вызревали и вышли наружу лишь пятью годами позже, в период массовых протестных акций.

Если для Лены Крыловой и Гриши Кольцова максимальной угрозой была жалоба в ВЦСПС, то Алёне Крылатовой и Денису Колечкину противостоят силовые структуры и «крутая братва». Им предстоит провести концерт в условиях рейдерского захвата, это становится делом чести и перерастает в народное сопротивление. Дом Культуры, где снималась «Карнавальная ночь», превращается в символ Родины, управляемой Кабачковыми и присваиваемой Колянами Добровыми. Рязанов задолго до протестного движения 2011-2012 годов точно и образно сформулировал цели людей, выходивших тогда на улицы: отстаивание чести своей страны и её культуры. Позволять устраивать приблатнённое позорище в месте, где происходили события «Карнавальной ночи», – то же самое, что позволять людям с воровским словарём управлять страной Гагарина, Капицы, Окуджавы и Рихтера. «Карнавальная ночь – 2» опередила своё время, и если в 2007-м году массовое выступление зрителей и артистов против захвата Дома Культуры и переход ОМОНа на сторону народа выглядели анахронизмом, «приветом из 1991 года», то в 2012-м они уже воспринимались как вполне правдоподобное развитие событий.

В образе Кабачкова Рязанов явно попытался предложить ту «версию» Огурцова, которую не удалось воплотить пятьдесят лет назад – создание фигуры трагикомической, вызывающей не только смех, но и жалость. Именно ему досталось продолжение мотива неустроенной личной жизни, который раньше сопровождал положительных рязановских героев. Фильм изобилует многочисленными камео и предлагает даже образ камео-массовки, что обусловлено, очевидно, как производственными, так и смысловыми причинами, а Колян Добров Романа Мадянова блестяще завершает галерею рязановских героев-циников.

Темы культурной катастрофы и наступающего фашизма Рязанов, судя по всему, собирался развить в запланированной экранизации пьесы Горина «Забыть Герострата». Однако сделать этого не удалось, и прощанием со зрителями для режиссёра стала праздничная и оптимистичная «Карнавальная ночь – 2», где сплелись воедино его главные жанровые пристрастия: музыкальное ревю, социальная сатира и лирическая комедия. В этой последней картине соединились в общей работе старое и новое актёрские поколения, и фильм символически «закольцевал» режиссёрскую биографию Рязанова длиной более чем в пятьдесят лет…





Благодарю Романа Кобзарева за помощь в подготовке постов.
Tags: Новый год, Рязанов, кино
Subscribe

  • Вдогонку празднику

  • Актуальное

    ВОСКРЕСНЫЙ ЗВОНОК, или ПЛОХАЯ СВЯЗЬ Алё! Здоров! Ну, есть прогресс? Чего-чего? Опять воскрес?! Вот сука! Падла! Ну народ! Ни яд, ни голод не…

  • Актуальное

    Ликует запретитель, Пришла его пора! Отныне просветитель – Агент из-за бугра. Его настигнет кара, Ему придёт конец! На каждого Икара Найдётся свой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment