george_smf (george_smf) wrote,
george_smf
george_smf

Category:

Евгений Мигунов - о книжной графике (2)



Область сказочного мира становится вещественной, [а] сведении[я] о нём, «факт[ы]» сказочного мира, действующи[е] лиц[а] его и т.д. адекватно воспринима[ются] «потребителями» только при условии его внешнего отличия от действительности.
Как этого добиваются сказочники – словесные и изобразительные?
Сказочники излагают сюжеты и факты полностью вымышленные, особым образом обособливая их. То ли – ритмикой и напевностью слога, то ли стилизацией языка «под старину», «народный говор», «былинный слог» [или] «библейский», неестественный, словом – непохожий на обычный бытовой, присущий сегодняшнему дню, языковой способ общения. И, конечно, - словесной орнаментикой. (Впрочем, я оставляю в стороне пародийный, «шварцевский» способ трансформации сказок, переводя[щий] их сюжет в повод для злободневности. Там – из-за неестественности введений в неё реалий сегодняшнего дня сказка воспринимается разумом как условность, необходимая для того, чтобы не буквализировать её содержание, а воспринимать как словесную шутку).

Вообще, сказку не должны воспринимать всерьёз.
Из её героев не должна течь кровь.
Кипяток её котлов – не очень болезненен даже для брошенных в них.

При воплощении её надо исключать возможности её буквализации «потребителем». Условная, стилизованная форма преподнесения способствует правильному восприятию.

Можно возразить: ведь существует и поджанр «сказок-страшилок», где основной прелестью является «сладкий ужас», который приятно щекочет детские нервы («Была чёрная, чёрная улица» и т.д.).

Патологические сказки бр[атьев] Гримм, Гауфа, ряд русских сказок этого плана – нашли же своё место в сокровищнице сказок. Сказки 1001 ночи – жестокие и страшные – относятся к классике и, в общем-то, не страшат!

Собственно, тема этой записи возникла у меня при необходимости вторжения в иллюстрацию сказки.

Необходимость стилизации изображения столкнулась с таковой же, но реалистическ[и] соответствующей приключениям героев реального мира в ней. Т.е. – сказка в сказке. «Условность в квадрате».

Мог бы быть забавный ход, например – общени[е] реального героя с персонажами из стенного египетского фриза или героями персидских миниатюр, объединенн[ых] в общем пространстве.
Воспринятое на слух или прочитанное глазами рождает неопределённое зрительное представление о вещественности героев, но – не более.
Конкретизатор-художник невольно больше, чем нужно, материализует героев и их окружающий мир. Подтверждая ложь, опровергает её, рождает сомнения. Поэтому все заботы его должны сосредоточиться на умении скрыть, недоговорить, намекнуть и, наконец, замаскировать стилистикой «настоящесть» героя. Возможно – отвлечь его «потребителей» орнаментикой, рамочностью, нескрываемостью штриха, контура, условностью фактур и т.д.

Но одно ясно: то, что сказочно, не должно быть реально.
Как этого добиться?
Перечитать весь сложно изложенный очерк об этой проблеме!
Только и всего!
Но ещё лучше – не иллюстрировать сказку вообще.



(Продолжение следует)
Tags: Мигунов, книги, юбилей
Subscribe

  • "Кто так сказал - не помню, но он знал, что говорил!" (с)

    На сайте ПроДетЛит - статья о Б.П. Дёжкине, написанная с использованием фрагментов из моего текста в сборнике, до сих пор никому недоступном. В…

  • Александру Семёнову - 80

    Сегодня исполняется 80 лет человеку, без которого наше детство было бы другим. Более серым, более тусклым, более пасмурным. Александру Ивановичу…

  • "Не в будущем, в этом веке!"

    Сегодняшняя новость – скорее радостная. Хоть и за свой счёт, но удалось-таки приобрести экземпляр двухтомного альманаха «Окуджава, Высоцкий, Галич…».…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments