george_smf (george_smf) wrote,
george_smf
george_smf

Category:

Новости Музея кино

В последние недели внимание многих было приковано к ситуации с НИИ Киноискусства и Музеем кино. Петиция по этому вопросу на Change.org ( https://www.change.org/p/%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE-%D1%80%D1%84-%D0%B0%D0%B4%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0-%D1%80%D1%84-%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%82%D0%B5-%D1%83%D0%BD%D0%B8%D1%87%D1%82%D0%BE%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D0%BA%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D1%83%D0%BA%D0%B8 ) собрала более 16 тысяч подписей, периодические издания посвятили ему ряд публикаций. Однако в основном разговор идёт о судьбе НИИКа, положение в Музее кино обсуждается меньше. В частности потому, что новое руководство Музея избегает всяческой публичности, а коллектив до сих пор не находил нужным выносить внутримузейную ситуацию на всеобщее обозрение. Но поскольку на протяжении последних двух с половиной месяцев люди активно интересуются происходящим внутри ГЦМК, надо всё же сообщить, какие изменения в Музее произошли за это время.


Первое, что стало заметно – закрытость нового руководства. Если при Н.И.Клеймане директор и его заместитель Максим Павлов suphix практически ежедневно рассказывали коллегам обо всех новостях, касающихся музейной жизни – посещениях Минкульта, контактах с партнёрами, новых инициативах, зарубежных командировках, - то теперь эта практика прекратилась. Новая дирекция принимает решения, порой даже не ставя в известность коллектив. Работники музея и новая администрация живут «параллельной жизнью», пересекаясь лишь иногда, по служебной надобности. В результате о многих инициативах дирекции коллектив узнаёт окольными путями. Разговоры с работниками ведутся в кабинете тет-а-тет, информировать об их результатах остальных коллег (даже тех, кого это напрямую касается) приходится самостоятельно. Некоторые конфузы первых недель работы нового директора (противоречия, исходящая от дирекции недостоверная информация и др.) так и не разрешились гласным объяснением коллективу их причин (которые, допускаю, были).

Заявленное на первой встрече директора с коллективом намерение в течение двух месяцев познакомиться персонально с каждым сотрудником (их в Музее около тридцати) и каждым фондом и представить коллективу план дальнейшей деятельности Музея до сих пор не выполнено. Как результат – представители дирекции по сей день обнаруживают неосведомлённость о функциях и обязанностях сотрудников. Высказывается соображение о чрезмерной многочисленности некоторых групп (например, команды, занимающейся анимационным кино, куда входят Светлана Ким, Павел Шведов tea_elf и я), при этом не делается попытки предварительно побеседовать с работниками (за исключением Павла), выяснить распределение их функций, степень взаимозаменяемости, компетенцию и т.п.


Кинопоказы.

В двадцатых числах октября под эгидой Музея должны были состояться ретроспектива фильмов Леннарта Мери в трёх сеансах и выставка, рассказывающая о киноэкспедициях режиссёра, посвящённых изучению финно-угорских народов. Была заблаговременно достигнута договорённость с Посольством Эстонии, получены фильмы, а 14 выставочных планшетов для экспонирования ждали своего часа в посольстве. Однако директор, первоначально согласившись с проведением программы, буквально через несколько дней отказалась от участия Музея кино в этих мероприятиях под предлогом того, что они не включены в план, а тематика финно-угорских народов не является профильной для Музея. (Здесь важно заметить, что утверждённого плана выставочных мероприятий и ретроспектив в Музее не существует со времен, когда он потерял собственное помещение, все они проводятся по краткосрочным договорам и соглашениям с площадками на некоммерческой основе, и своих бюджетных средств Музей на них не тратит). В результате выставка и ретроспектива состоятся, но без участия Музея, их проведёт Эйзенштейн-центр. Означает ли это, что отныне перевыполнение плановых заданий (а Госзадание – это только количество, но не названия или тематика мероприятий) Музеем, как это бывало все последние годы, нецелесообразно, и Музей не будет брать на себя проведение сеансов и выставок, не запланированных заблаговременно – неизвестно.

Через месяц прекратятся кинопоказы Музея в Общественном центре «Моссовет» на Преображенской площади, взамен Музей получит возможность проводить два сеанса в неделю в залах Дома Кино. В перспективе планируется открытие ещё нескольких площадок, ориентированных на цифровой показ, но каких и где – пока точно не определено. В беседах с некоторыми сотрудниками директор сообщила о намерении посоветоваться с Министерством относительно возможности дальнейшего сотрудничества Музея с центром «Мемориал», ввиду того что он теперь находится в статусе «иностранного агента».
Видимо, Музей откажется от опоры на плёночную проекцию при формировании программ кинопоказов. Новая дирекция намерена активнее участвовать в планировании кинопрограмм, при этом уделяя внимание процентному соотношению отечественных и зарубежных картин - в пользу первых (а при подсчёте фильмы Довженко, например, засчитываются как «неотечественные») и ориентируясь на «семейную» тематику.


Комплектование фондов.

По словам директора, после проверки деятельности Музея, проведённой Минкультом, министерство рекомендовало ей провести общемузейную сверку фондов. К этому моменту директор уже усвоила разницу между основными фондами Музея как бюджетной организации и собственно музейными фондами (первоначально изъявлялось намерение «инвентаризировать» их разом). Сперва она собиралась начать процедуру сверки уже осенью, но сейчас достигнута договорённость о переносе её начала на следующий год. Любому музейному работнику ясно, что эта затея парализует текущую деятельность Музея примерно на год, что особенно опасно сейчас, когда идёт активная работа по постановке на хранение новых поступлений и упорядочению документации. При этом дирекцией не скрывается, что итогом такой сверки должно стать заключение Минкульта о невозможности продолжения дальнейшей комплектационной деятельности ввиду недостатка площадей под хранилища. Пока мы не испытываем кризиса с размещением новых материалов (если речь не идёт о крупногабаритных предметах – мебели, массивной кинотехнике и т.д.), при необходимости находя возможности для уплотнения хранилищ. Если же будет принято решение о заморозке комплектации – то существование Музея, лишённого возможности осуществлять профильную деятельность, почти потеряет смысл.
При обращении к директору о необходимости принятия тех или иных активных мер для спасения архивов, находящихся или могущих находиться под угрозой гибели, мы слышим мнение, что Музей не должен проявлять в этом вопросе инициативы, и будет принимать на хранение лишь материалы, предложенные фондообразователями. Формальная причина та же – нехватка помещений. Прежде музейные работники многократно срывались с места, спеша вывезти наследие того или иного ушедшего из жизни кинематографиста, пока оно не оказалось на помойке, обивали пороги официальных инстанций, добиваясь решения вопроса о сохранности музейных ценностей госорганизаций и киностудий. Теперь же, очевидно, такая деятельность руководством поощряться не будет. Если Министр культуры, назначая нового директора, действительно заботился о повышении инициативности, то пока мы видим обратный эффект.
В конце лета директор издала распоряжение о пересмотре состава Экспертной фондово-закупочной комиссии, включив в него главного бухгалтера, но отказав главному хранителю в поддержке кандидатур хранителей фонда редкой книги и фонда диафильма. Аргументы главного хранителя были выслушаны, но решение осталось прежним. Лишь после ссылки на нормативные документы Минкульта (при принятии решения, видимо, не учтённые) директора удалось убедить, что бухгалтер не может определять историко-художественную ценность предмета. Кандидатура бухгалтера в списке была заменена на хранителя фонда редкой книги, но включить в состав ЭФЗК хранителя фонда диафильма она отказалась наотрез, мотивировав это его чрезмерной общественной загруженностью. В результате затяжного противостояния этот вопрос всё же удалось решить положительно, теперь в ЭФЗК, как и положено, входят представители всех фондов.


Выставочная деятельность.

В настоящее время в Доме кино проходит выставка, посвящённая актёру А.А.Солоницыну. Куратором её является директор Музея кино, это её первый опыт кураторской работы в ГЦМК. Несмотря на то, что в выставке участвует 44 экспоната из музейных фондов, участие в выставке Музея кино не отражено ни в анонсах, ни в афишах, ни в пресс-релизах, ни в прессе или на Интернет-ресурсах. Каким договором регулируется участие Музея в выставке и на каких условиях оно осуществляется – неизвестно. Более того, в этикетаже выставки ни на одном из экспонатов из фондов ГЦМК не указана его принадлежность. Прежде при проведении выставок в случае упоминания Музея в недостаточно высоком статусе дело зачастую кончалось конфликтами, т.к. старая администрация бдительно следила за отражением вклада ГЦМК в мероприятие. Теперь же выставка, курируемая директором, вообще обходится без какого-либо упоминания Музея.
Кстати, это не единственный подобный случай. В уже анонсировавшейся мною публикации рабочих записей Дёжкина в «СК-Новостях» нет ни слова о том, что она проиллюстрирована фондовыми материалами Музея кино – ни на странице публикации, ни на последней странице, где перечисляются люди и организации, предоставившие для номера изоматериалы. Что тоже показательно, учитывая, что директор Музея и главный редактор газеты – одно лицо.
Новая дирекция уже предпринимала попытки ввести нереальное планирование выставочного процесса, предлагая повысить общегодовое количество выставок до двенадцати. Сейчас, кажется, эти планы уже признаны неактуальными – после многократных объяснений, что при отсутствии в структуре Музея Выставочного отдела и кандидатур кураторов подобная мера приведёт к параличу фондовой работы (т.к. курировать выставки придётся фондовым работникам и научным руководителям Музея, как это и происходит сейчас) и профанированию выставочной деятельности. То, что выставки готовятся месяцами, а иногда и годами, тоже изначально не было принято во внимание.
Заявки на дополнительное финансирование Минкультом выставочных проектов новое руководство подаёт самостоятельно, их обсуждение с президентом, главным хранителем и штатными специалистами по экспонированию фондов происходит только после длительных настояний. Коллективное же обсуждение каких-либо планов (выставочных, закупочных, по кинопоказу, развития учреждения и иных), как уже сказано выше, прекращено. При этом запрашиваемые в Минкульте денежные средства не адекватны поставленным задачам. В уже поданных новой дирекцией двух заявках на финансирование вполне рядовых для Музея мероприятий (передвижных ретроспектив и небольших копийных выставок) запрашиваемая на это сумма составляет почти 2/3 всего реального финансирования Музея прошлого года и сопоставима с плановым объёмом финансирования года текущего (из которого на ВСЕ закупки, выставки и кинопрограммы отводилось около 10%). Прежняя экономическая и организационная эффективность Музея позволяла ему проводить схожие по масштабам совместные передвижные выставки, вообще не затрачивая своих бюджетных средств. Теперь же о такой результативности, возможно, придётся забыть.


Кадровые решения.

Неожиданным шагом директора стало сокращение должности заместителя директора по научно-просветительской работе, которую с 2006 года занимал (и пока ещё занимает) Максим Павлов. Официальная формулировка приказа – «в связи с оптимизацией штатного расписания и бюджетных расходов». В нарушение трудового законодательства Максиму в частной беседе были предложены две должности более низкого статуса (начальника отдела), одна из которых отсутствовала в штатном расписании, а другая была занята. После его отказа Максиму задним числом было вручено уведомление об отсутствии в штатном расписании Музея вакантных должностей. В отсутствие Максима единственным компетентным человеком в руководстве Музея останется президент – Н.И.Клейман, участие которого в планировании музейной деятельности уже сегодня близко к нулю. Павлов сейчас дорабатывает последние недели, одновременно с ним покинет Музей Оля Улыбышева, курировавшая кинопоказы. Кто займёт её место – пока неизвестно. Максим был лицом Музея наравне с Клейманом, именно его кандидатуру Наум Ихильевич представлял Общественному совету в качестве своего преемника. Хотя перед уходом Максим щедро поделился своим организаторским опытом и планами с новым руководством (а идеями Максима, как и Клеймана, новая администрация не брезгует), вместе с его уходом будут оборваны связи с посольствами и площадками, с которыми прежде сотрудничал Музей, так что количество кинопоказов, видимо, сильно сократится. С Максимом было очень удобно работать, его киноведческая и юридическая компетенция безупречны, открытость – абсолютна, с ним легко было обсуждать любые идеи и решать любые вопросы.
Ещё раньше директор предпринимала попытки перераспределения полномочий между работниками Музея, оканчивавшиеся неудачно. При разработке подобных предложений часто не учитывались специфика того или иного сотрудника, его способности, интересы. Выяснялось это только после собеседования. Кроме того, такие инициативы обсуждались с заинтересованными сотрудниками врозь, что порождало подозрения в попытке «разводки» коллектива.
Самой большой кадровой проблемой последних месяцев стала полная неурегулированность штатной структуры. В штатное расписание были введены должности президента, заместителя директора по развитию, упразднена должность заместителя директора по научно-просветительской деятельности, появился Общий отдел. При этом распределение полномочий между новыми должностями, как и наследование функций сокращённых штатных единиц – туманны. Новое штатное расписание работники Музея до сих пор не видели, с изменениями в должностных инструкциях их не знакомили. В результате сегодня во многих случаях неясна система подчинённости, объём полномочий и разграничение сферы ответственности между как руководящими, так и всеми иными работниками Музея. Прежде налаженная система разбалансирована. От прояснения этого вопроса как коллективу, так и президенту директор устраняется.
Учитывая сложности, которые порождает такая ситуация, работники Музея реализовали решение, которое вызревало ещё при директорстве Клеймана, и создали профсоюзную ячейку, наделённую также полномочиями прежнего Совета трудового коллектива.

Ещё одним новшеством стали меры новой администрации, направленные на формализацию режима работы. Введён журнал регистрации прихода и ухода, разработаны правила внутреннего трудового распорядка. Пока это не доставляет особых хлопот и не является помехой для работы. Но я, как работник НИИКа, хорошо помню, что после объединения института со ВГИКом всё начиналось с аналогичных мер, а закончилось административными санкциями к тем, кому нужно ехать, а не «шашечки».


В остальном всё более-менее стабильно. Пока не началась сверка, по-прежнему спокойно идёт фондовая работа, в которую руководство не вмешивается. В Музей приходят партнёры, исследователи, строятся планы, в том числе выставочные, ведётся планирование кинопоказов (пока – только на текущий год), разрабатывается структура сайта. Предпринимаются безуспешные попытки вызвать руководство на открытый разговор с коллективом для прояснения всех вопросов, претензий и недоумений. Общая нервозность ощущается, но взрыва пока не происходит…
Tags: Музей кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments