Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

Билибин1

Всё выше, и выше, и выше...

Полагаю, робот Федя
Мог бы заседать в СовФеде.

Влез в Прогресс, и в МКС –
Значит, влезет и в СовБез…

А попозже, в двадцать третьем,
Мы с восторгом новость встретим,

Что преемник – Царь Феодор
Через год возглавит Мордор.
Билибин1

Урок

Что ни говорите, а вера Путина в то, что камлание шамана Габышева может поколебать его кресло, и убеждённость многих, что главное – это вынести Ленина из Мавзолея, - явления одного порядка.

Квазирелигиозная вера в сакральную силу символических жестов.

Тридцать лет назад она тоже была. После путча все радостно бросились свергать Дзержинского, не обращая внимания на тех, кто сидел в соседнем здании и испуганно смотрел в окошки. Зачем? Главное – убрать «Железного Феликса», а остальное всё приложится! Всё наладится, образуется, виноватые станут судьями, и далее по тексту.

Вот и вкушаем теперь последствия. Без Феликса.

В общем, когда в России станет что-то меняться и вам опять кто-то станет предлагать сделать что-либо символическое как самое насущное (убрать звёзды с кремлёвских башен, переименовать Лубянку, заменить триколор или перезакопать ещё разок мощи Государя Анператора), - гоните его! Не верьте ему!

Он не знает, как надо!
Билибин1

21.08.91 г. Что помнится...

Первая половина дня прошла в тревоге и неопределённости.

По результатам утреннего созвона и сбора новостей уже было известно о троих погибших. На студии все обсуждали происходящее. Сведения и мнения были самые противоречивые – от «Всё кончено» до «Теперь мы им покажем». По радио передавали в основном приказы военного коменданта Москвы, мы слушали их в столярке.

В обеденный перерыв – звонил маме и соседу, говорил с Сашей, получил новую информацию, которая не утешала.

Проходя на студии мимо двери группы Валентина Караваева, услышал оттуда радостный возглас: «Я же говорил, что они долго не продержатся!». Но, зная о разных настроениях среди людей, трактовал его с точностью до наоборот и совсем пал духом. Кажется, в этот же день заходил к соседу, который на мои вопросы лишь махнул рукой: «По-моему, всё уже ясно!». Эту фразу я тоже воспринял со знаком «минус»…

Только после обеденного перерыва мелькнула какая-то искра надежды – стали просачиваться радостные новости. Придя домой, поговорил с Сашей, который уже побывал на Пресне. Надежда всё более крепла от полученной информации. Я побежал к метро.

На «Краснопресненской» уже все пилоны были обклеены листовками, которые никто даже не пытался срывать. Люди читали и комментировали фразой: «Хунте конец!». От метро к Белому дому двигались уже не группы, а людской поток. У здания была толпа, намного превышавшая вчерашнюю. Всё бурлило. Транслировалось заседание ВС РСФСР, которое вёл Хасбулатов. Кажется, именно в этот момент сообщили новость, что ГКЧПисты бежали в Форос…

Только здесь, наконец, от сердца отлегло и камень с души упал окончательно. После окончания заседания на трибуне Белого дома появились люди, и стало ясно, что будет митинг. Это был ещё не «Митинг победителей» - до него были сутки. Митинг длился три часа. Выступали Хасбулатов, представители военных и казаков, Заславский, Марк Захаров, Николай Караченцов, Геннадий Хазанов, Гурнов, Молчанов, Бела Куркова. Пел Малинин. Ельцина не было – видимо, как раз в это время он был в Форосе. Запомнилась почему-то реплика из выступления Хазанова: «Это ГКЧП надо судить не за то! Их надо судить за политическую импотенцию. Они даже путч не смогли устроить как следует!»

Собравшиеся крыли хунту. Сообщили, что Горбачёв уже в Москве. Масса сведений была в листовках, расклеенных на стенах. Защитников просили остаться ещё на одну ночь, но было ясно, что это уже – перестраховка. Работало Радио России. Вели съёмку корреспонденты «Вестей». Впервые за три дня светило солнце…

В дневнике запись об этом дне я закончил фразой: «Господи, нашёлся бы в будущем человек, который сможет всё это передать!». Впереди был «трёхминутный рай» (по выражению А.П. Тимофеевского), который для меня растянулся на три дня…
Билибин1

20.08.91 г. Что помнится...

…Утро началось с новостей: Гельмут Коль тоже прервал отпуск, созванивался с Миттераном, Мейджором, Бушем. Кузбасс не бастует, но объявил, что подчиняется только руководству РСФСР. Многие республики, в т.ч. Литва (где выступал Ландсбергис), ГКЧП подчиняться отказываются. В Коми бастуют шахтёры.

Заработало радио «Маяк». По телевидению – по-прежнему работала только первая программа. В обеденный перерыв – снова общался с соседом, он пересказывал новости от «голосов».

После работы, зайдя домой, отправился к Пушкинской площади – поглядеть своими глазами. Посмотрел на танки, окружённые людьми, позвонил домой по таксофону, зашёл пообщаться с соседом, получил ещё порцию жутковатых новостей. И отправился на Пресню, поскольку у меня было законное основание: приобретённый несколькими днями раньше билет в Киноцентр на концерт. Чей – уже не помню, но ясно было, что его отменят.

Москва впечатляла. Стены домов, фонарных столбов и станций метро были обклеены листовками и подпольными выпусками запрещённых ГКЧП газет. В те дни этим занимались, кажется, все уважающие себя периодические издания («Общая газета» ещё не была учреждена). На «Баррикадной» в наружном вестибюле активисты встречали людей, направлявшихся к Белому дому, и инструктировали их. Группы по 4-5 человек через каждые две-три минуты, игнорируя светофоры, бегом устремлялись вниз, к набережной.

Я завернул к Киноцентру и, убедившись что концерт действительно отменён (билет я потом долгие годы хранил, как реликвию), направился туда же.

Ощущение я уже описывал десять лет назад в ЖЖ. Могу только процитировать себя:

«Увиденное возле Белого Дома я до сих пор считаю самым величественным зрелищем, которое мне доводилось видеть своими глазами. Я никогда в жизни так не жалел о том, что у меня нет хотя бы 8-миллиметровой камеры (она появилась у меня только к концу года). В жизни больше не приходилось мне созерцать наяву столь «кинематографичной» картинки. Было впечатление, что я нахожусь на съемочной площадке эпопеи уровня «Войны и Мира». Все журналисты снимали эти события репортажно, статичными планами, а мне казалось, что достаточно сымитировать проезд операторской тележки по рельсам – и Бондарчук будет нервно кусать локти от зависти. Мизансцены сами собой складывались восхитительные. Панорама через строящиеся баррикады, через очередь на запись в ополчение, танки майора Евдокимова, доставку продуктов защитникам, агитаторов, раздающих листовки, любопытных, журналистов – и все это под непрерывное радиовещание из «башенки» Белого Дома, где Любимов и Политковский отслеживали новости о продвижении очередных войсковых частей в сторону Москвы, о появлении слухов о местонахождении и самочувствии Горбачева, о зарубежной реакции на московские события, о вестях из Ленинграда и союзных республик, о забастовках горняков, с объявлениями о том, куда доставлять продукты и иную помощь, или с просьбами детям и женщинам покинуть окрестности…

Естественно, встал главный для меня вопрос: где мне быть? По убеждениям я должен был остаться здесь, где решалась общая судьба. С другой стороны, я понимал, что толку от меня не будет никакого – с моими-то физическими данными. Кроме того, у меня не было при себе запаса лекарств, а в тот год я еще только находился на пути к выздоровлению, и не мог обойтись без лекарственной «подпитки» дольше нескольких часов.

Наконец, был еще один аргумент. Может быть, самый важный для меня.

…В начале 1991 года, зимой, я находился на грани увольнения с «Союзмультфильма». Причиной были мои опоздания с обеденного перерыва (я ходил обедать домой, пользуясь близостью работы). Мне было заявлено, что я не выдержал испытательного срока, и подлежу отчислению. Свое отчаяние помню до сих пор. Каким-то чудом начальник АХО Иван Федорович Марченко в последний момент сжалился надо мной и оставил работать. Но с тех пор я страшно опасался опозданий и совершенно не допускал прогулов. Если бы я остался у Белого Дома, на следующее утро (в случае, если был бы жив) я не смог бы выйти на работу, и мне бы оформили прогул. Это было решающим аргументом. Выбирая между Свободой и «Союзмультфильмом», я выбрал второе. Пребывание на студии я не мог принести в жертву даже ради Отечества. Вероятно, я уже тогда смутно чувствовал, что настоящая Родина для меня – это и есть «Союзмультфильм».

А может быть, был в этом и элемент трусости. Даже наверняка».

У Белого дома я бродил до восьми вечера. Потом вернулся домой. Снова сидел у соседа, обсуждали события, слушали радио. Хорошо помню интервью с Юнной Мориц по «Эху Москвы», которая на предложение что-нибудь прочитать выбрала «Пони девочек катает…» - со строчками «Приходите, генералы, В воскресенье в зоопарк! <…> Подогните ваши ноги И садитесь на меня». Продолжал делиться впечатлениями и новостями со знакомыми и домашними.

Ночью заснуть не смог. Понимал, что сейчас, в эти минуты, решается всё. За окном была слышна стрельба – хотя и далёкая, но явственная. Меня трясло. Возможно, я даже молился…
Билибин1

Жил на свете Всадник медный...

Много лет не смотрел современное российское кино. Сегодня ночью сподобился глянуть «Медного всадника России» Ливанова.

Смотрел, конечно, ради музыки. От ливановской «режиссуры» ничего хорошего не ждал. Но эффект превзошёл ожидания.

Оказывается – так можно! Полное впечатление, что научно-популярный историко-искусствоведческий текст разбили на реплики и наделили им персонажей. Екатерина Вторая разговаривает, как современная экскурсовод(ша), ведущая туристов по Эрмитажу. Вот буквально той же лексикой. В современных эпизодах актёр, играющий Фальконе, рассказывает своей якобы дочке о екатерининской эпохе, как будто читая школьный учебник. Не пересказывая своими словами, а шпаря наизусть. Ну, и все остальные в том же духе.

Неудивительно, что актёры не играют, а декламируют. Играть им просто нечего. Особенно этим отличается Стеблов, произносящий реплики, даже не меняя выражения лица. Ещё смешнее, когда иностранцы (Фальконе и его спутники), бОльшую часть фильма свободно изъясняющиеся на русском языке, вдруг время от времени начинают коверкать произношение, подчёркивая, как тяжело даётся европейцу русская речь. Что касается пейзажей современного Петербурга, снятых с беспилотника, то этого добра и на Ютубе навалом.

Некоторые режиссёрские решения расшифровать мне так и не удалось. Например, я не понял, какой смысл несут механические птицы, появляющиеся то и дело в первой половине картины. Совсем забавен финал, где сквозь силуэт Медного всадника проступают кадры «Бессмертного полка» с Путиным. Не то Великую Отечественную выиграл Пётр, не то в путинском разложении и деградации виноват тоже он…

В общем, полезного в этом всём – только музыка Гладкова да некоторые любопытные сведения о биографии Фальконе, которые гораздо проще было бы найти в Интернете. Такое незамысловатое «просвещение».

И представил я себя членом Гильдии киноведов и кинокритиков, которые прошедшей зимой спорили, стоит ли давать приз фильмам «команды Навального». И понял, что если бы мне пришлось выбирать между картиной, подобной «Медному всаднику России», и документалкой о "дворце Путина", я точно выбрал бы второе. Расследования ФБК и их коллег не менее информативны, содержательны и патриотичны, чем ливановский «опус». И при этом – они не претендуют на художественность.
Билибин1

Так же, как все, как все, как все...

Каким для меня видится главный вывод из периода правления Трампа – из моего «российского далёка»?

Это – «десакрализация» Америки.

Не то чтобы я раньше на неё молился, но всё же казалось, что США – страна особая, не такая, как все остальные. И что даже проблемы у неё особенные, специфические.

После избрания Трампа и четырёх лет его президентства стало видно, что Америка – «такая, как все». С такими же людьми, теми же проблемами, схожим обществом. Способная на все те ошибки, на которые способна всякая другая страна. И от этого Америка стала намного ближе и понятнее. Я даже стал больше сочувствовать неведомым мне американцам.

Тем интереснее наблюдать, как они будут справляться со своими трудностями…
Билибин1

...Как и было сказано

ИЩИТЕ – 2, или МАСТЕРА СЫСКА


Выходим мы на верный след
В любых безумных спорах.
Мы ищем БУК там, где нас нет,
Виолончель – в оффшорах,

Собор – у дома Скрипалей
В туманном Альбионе,
И в самолётах – кобелей,
И сказочность – на троне.

В корзинке взятку узнаём,
В Платоне – Ротенбергов.
Мы подлость в суд искать идём,
А покемонов – в церковь.

Мы ищем в диссере чужом
Хоть строчку без подлога,
Врагов – во всех, подвох – во всём,
В милитаризме – Бога,

Мы ищем хунту на Днепре,
Преступников – в СовФеде,
Парковку (тщетно) – во дворе,
Инфекцию – в обеде,

И иностранный капитал –
В правозащите рьяной…

А Моисей – не там искал
Донбасс Обетованный!
Билибин1

Из-за скобок

Как меняется взгляд на вещи, если знаешь, что вынесено за скобки!

Возьмём фразу:
«Как прекрасна и богата Америка!»

Не поспоришь. Благополучна, прекрасна, богата. Вполне здоровый патриотизм.

Но – только до тех пор, пока не добавишь подразумевающееся (вообще-то):
«Как прекрасна и богата Америка [без индейцев]!

И как-то цена благополучия и богатства быстро меркнет.

P.S. Если кто не понял – этот пост не про геополитику. И не про Америку вообще.